"Важно не бросать камни в своих": интервью с ROXOLANA о войне, переселенцах и Евровидении

27 апреля 2022, 10:00
Читати новину українською

Молодая украинская исполнительница ROXOLANA покорила украинскую публику в 2022 году, заявив о себе на Национальном отборе Евровидения. Хотя она и не одержала победу, но девушка стремительно реализовывает себя как артистка. А сейчас – как волонтер и "фея" для деток-переселенцев.

Во время войны меняется все – гламурные светские мероприятия отходят на второй план, а звезды переодеваются в обыденную одежду и с открытым сердцем выходят к поклонникам, чтобы их поддержать в сложное время. Кто-то взял оружие в руки, кто-то – лечит музыкой, а кто-то – становится инициатором новых проектов, которые вдохновляют и подбадривают всех, кто в этом нуждается.

Читайте также Певица ROXOLANA помогает детям воплощать в жизнь мечты: Трудно представить, сколько прошли войну

С ROXOLANA (настоящее имя – Роксолана Сирота) мы запланировали интервью, как бы это ни было иронично, на 24 февраля. Да, именно в день начала полномасштабной войны России с Украиной. С первыми взрывами и сиренами в стране мы отменили разговор, и через два месяца к нему вернулись. С тех пор все изменилось, и мы тоже. Разговоры о Нацотборе Евровидения, бурлившие в сети в конце февраля, стали мизерными по сравнению с тем, что сейчас действительно важно во время войны. Однако ROXOLANA убеждена – нам важна любая победа, и если представитель Украины сможет привезти ее домой – это будет еще одна награда для всех украинцев.

"Узнала о войне в поезде под Львовом"

Начнем с того, что наше интервью было запланировано на 24 февраля. По стечению обстоятельств именно тогда началось полномасштабное вторжение России. Расскажите, пожалуйста, как вас тогда застала война?

В тот день мы должны были выступать во Львове на событии, и как раз 23 февраля у нас был ночной поезд во Львов. Мы на него сели и о том, что началась война, узнали уже не в Киеве, а подъезжая ко Львову.

Сколько было времени?

В 5.

Как раз тогда, когда все началось.

Да. Я ехала с сестрой в купе, а у нее за день до того было плохое предчувствие, говорила, что очень переживает. Она проснулась тогда утром, около 4 часов, сразу открыла новости, разбудила меня и сказала, что началась война.

У вас на 24 февраля было точно запланировано несколько интервью, кроме нашего. Как у вас вообще прошёл тот день? Вы приехали, отменили все планы?

Да, само собой. То есть мы понимали, что оно само автоматически отменяется. Честно, мне трудно вспомнить, потому что с того момента дни перестали делиться. Для меня это все как одна такая масса. Я думаю, что у меня теперь нет никакого деления на дни. Мы приехали во Львов с командой и понимали, что половина назад возвращаться не будет. И мы начали думать, как все это организовывать, где жить, где их селить. То есть, у нас возникло какое-то сразу ощущение, что это все не пройдет быстро. 


Как застала ROXOLANA война в Украине / Фото Анастасии Зазуляк, 24 канал

У нас еще так получилось, что в последующие дни, 24–25 февраля, был запланирован релиз с Димой Монатиком. Поэтому мы еще занимались тем, как это остановить, потому что все было загружено на платформы. И понятно, что тогда это было очень некстати. 

Вы планировали, может быть, выезжать за границу?

Не планировала, и это было окончательное решение с первого дня. Не знаю, возможно, потому, что у меня осталась семья в Киеве, я общаюсь с ними. И для меня лично Львов – это супербезопасный город, несмотря на то, что здесь много сирен, здесь были ракетные удары, но мне все равно внутренне максимально безопасно. Мне даже не хочется уезжать, потому что я сейчас общаюсь со многими знакомыми – они очень тяжело переживают расстояние, очень большая тоска.

Как вы справляетесь с эмоциями во время войны? 

Я наблюдала, как другие люди это переживают, и у меня это напоминает некую "прямую", чем дугу с большими перепадами настроения. Все равно я себя как-то пытаюсь контролировать, и, знаете, поскольку я не была свидетелем взрывов в Киеве, мне трудно это осознать. И даже все эти картинки, фотографии из Бучи, Ирпеня… Знаете, я думаю, что это феномен социальных сетей, когда мы смотрим ужасные фотографии, и все кажется нереальным. Это очень трудно осознать, и потому, наверное, у меня было более стабильное настроение во время войны.

Ну, в первый день напряжение, наверное, было как у всех?

100 процентов. Бывают моменты, когда меня, конечно, накрывает. Но если быть откровенной, меня больше на эмоции пробивают заявления, например, российской стороны, их представителей, все эти фейки. У меня это вызывает ужасную злость. Конечно, я это нигде не публикую, но больше всего злюсь на их государственных представителей и на блогеров, которые это транслируют.

Прием переселенцев и воплощение мечтаний детей

Не так давно вы рассказывали, что принимаете дома переселенцев?

Да, у нас до сих пор живут люди.

А из каких регионов?

У нас вот недавно, где-то несколько дней назад, выехала семья из оккупированной Катюжанки – это село под Киевом, под Вышгородом. Они были в оккупации. Также приезжали люди из Киева.


В одно время у ROXOLANA жило 27 переселенцев / Фото Анастасии Зазуляк, 24 канал

Долго задерживались у вас или временно?

По-разному. Были такие, что ва дня переночевали и ехали дальше, были такие, что месяц у нас жили.

А как они знали, к кому обращаться – у вас где-то объявляли в сети или знакомые рассказывали?

Да, это все "знакомые знакомых и еще знакомых". Многие писали: "Мы ищем жилье", и мы поняли, что у нас есть возможность принять их. Мы как-то считали, что на момент пика у меня жило 27 человек, если не ошибаюсь.

В вашем доме?

Да, нас вместе было 27.

Это производит впечатление. В контексте благотворительности расскажите о вашей инициативе "Спаси мою мечту". Почему прежде всего для детей вы решили делать платформу, а не для матерей, для пожилых людей, а именно фокус на них?

В первую очередь потому, что это мои личные чувства и переживания. Но была ситуация, которая к этому привела – когда к нам приехала вот эта семья из Катюжанки. Тогда у нас была полностью пустая комната, и мы занесли двум мальчикам письменный стол, чтобы они могли делать уроки. Одному из них было 7 лет, раньше он занимался музыкой. И тот подумал, что ему это фортепиано заносят. Он был так рад: "Боже, вы принесли мой любимый инструмент". Но мы принесли не его…

Это было большое разочарование, и однажды мы встретились с командой и начали об этом разговаривать. Мы поняли, что очень много детей оказалось в таких ситуациях. Их родители, когда выезжали, конечно, не брали творческие инструменты детей. Но для них это как медитация. Понятно, что если родители здесь, то копейка к копейке – все считается, и никто не будет детям покупать никакие предметы творчества. Вот мы и подумали, что можем помочь быть таким мостиком между этими детьми и людьми, у которых есть эти инструменты, они ими не пользуются, и так попытаться реализовать мечты деток.


Роксолана больше всего "триггерят" фото со страдающими детьми / Фото 24 канала

Это все какие-то мои личные сентименты. С начала войны я выставила себе металлическую решетку в эмоциональном плане, и до сих пор не позволяла себе расслабляться. Конечно, все эти события я катастрофически воспринимаю, но у меня это никогда не вызывало слез. Но когда я вижу кадры детей – это моя суперслабая точка, меня это очень угнетает, и я не могу нормально адаптироваться, адекватно воспринимать вообще ситуацию, это действительно очень "триггерит" меня. 

Сколько заявок детей проработали сейчас?

Онлайн у нас около 30 заявок, мы их уже проработали. То есть обзвонили родителей и уже приступаем к их реализации. Но у нас есть еще ящики – во Львове очень много писем. А вот из ящиков, которых во Львове 12, мы вынули 40 писем. 

А какую самую интересную детскую мечту вы увидели среди заявок?

В основном все просят мелкие вещи, типа альбома для рисования или пластилина, но есть действительно детки, которые специализированно просят инструменты, которые даже нам немного тяжело найти. К примеру, виолончель, которая для маленьких детей не в быстром доступе. Но есть очень много смешных писем, особенно с обращениями к Зеленскому, в которых просят у него победы и мира. Также пишут, что хотят увидеться с Надеждой Дорофеевой. 


ROXOLANA и Позитив осуществили мечту девочки / Фото 24 канала

Невыпущенный релиз с Монатиком 24 февраля

До войны вы планировали релиз песни с Монатиком. "Инь и янь". Какова судьба песни сейчас?

Я очень надеюсь, что она выйдет, потому что это прекрасная песня – она на украинском языке, и она действительно очень-очень красивая. Изюминка этой песни в том, что это саундтрек к украинскому фильму, и, соответственно, наша песня и ее релиз зависит от того, когда примут решение выпустить фильм.

А от кого пошло предложение "заколлабиться"? Ведь Монатик редко с кем сотрудничает и создает общие хиты. 

История нашего знакомства началась очень давно, еще до "Голоса страны". Была какая-то программа, благодаря которой я попала в его студию. Там мы и познакомились. Об этом мне даже Дима потом напоминал. Потом через несколько месяцев я попала на "Голос страны", и мы там пересекались. И потом так становилось, как "25 кадр" – мы не друзья, не общаемся, но всегда где-то виделись. Впоследствии я зарелизила песни "Очима", "Франко" и "Говори", и заметила, что на меня подписалась Ирина Монатик. И потом я анонсировала в сторис мой новый релиз и написала фразу: "Мечтать не вредно, мечтать так важно". И думаю – отмечу Диму, потому что это его фраза, а потом такая – да нет, он на меня не подписан, уже кучу раз его отмечала, он не смотрит. Но когда публиковала, думаю – ай, все равно отмечу. И я увидела, что он сразу прочитал и написал мне сообщение, типа: "У меня давно уже есть идея, но нет времени до нее добраться, как ты смотришь на встречу?"

И вот он пригласил меня к себе на студию, рассказал, что у него одна песня, которую он видел сначала исключительно женской. Но потом Диме предложили сделать OST (саундтрек) к фильму, и он вспомнил эту песню, подумал, что она может быть дуэтной. Дима меня пригласил, чтобы мы проиграли ее на фортепиано, и вот так все произошло.

После плодотворного сотрудничества не думаете стать частью продюсерского центра Монатика и заключить с ним контракт?

Не знаю, если честно, трудно так сказать, потому что даже в интервью Екатерине Осадчей он рассказывал, что не очень хочет именно продюсировать людей. Он хочет поддерживать артистов дуэтами. Я так понимаю, что это – этот случай. 

А у вас нет продюсера?

Нет. 

И не думаете с кем-нибудь сотрудничать?

Наверное, нет.

Вы хотите иметь большую творческую свободу?

Да. Вы знаете, потому что сначала, когда мы только начинали нашу деятельность, мы подписали договор дистрибьюторства с Mamamusic. В то время мне очень помогал с советами Юрий Никитин, и даже сейчас я могу ему что-нибудь написать, посоветоваться, потому что он действительно здорово помогает. Он внушил мне эту творческую уверенность, но я понимаю, что мне как артисту хочется транслировать то, что у меня есть в эту секунду, а продюсер не всегда может это позволить.

Но это так затратно – быть без продюсера, делать записи, клипы...

Да, однако нашей команде повезло, потому что мы сами пишем песни, мы их не заказываем. Я их пишу со своим другом Михаилом Гайдаем. Что касается клипов, то первое видео мне снимал друг. В целом – это нетворкинг, сила нетворкинга.

О Нацотборе и Kalush Orchestra

Нельзя не спросить о Национальном отборе. С кем-то после конкурса общаетесь или нет?

На самом деле со всеми на таком инстаграмном общении. С Велбоем переписываемся, с "Калушем" просто обмениваемся какими-то эмоджи, реакциями. С Лаудом мы виделись во Львове, хотя он был дисквалифицирован.

А вот когда стало известно, что Kalush Orchestra едет на Евровидение от Украины, что вы тогда и сейчас думаете о творчестве группы? Они поразят Европу? 

Я думаю, что это закачает. Во-первых, стоит отдать им должное, что аранжировка у них действительно "качевая", "грувовая". Во-вторых, раньше их очень часто сравнивали с "Танок на Майдані Конго", но сейчас стили R&B и рэп – номер один в США и Европе. И мне кажется, что сейчас их музыка может быть более уместной и меткой. И, в-третьих, трек стал очень вирусным в тиктоке и не только в Украине, и мне кажется, что это им дает огромное конкурентное преимущество, потому что у большинства людей эта песня на слуху. А это, как вы знаете, всегда на конкурсах пригодится.


Что думает Роксолана о Kalush Orchestra / Фото Анастасии Зазуляк, 24 канал

По-вашему, справедливо, что группа победит на фоне войны в Украине? Им следует в такое время ехать на конкурс?

Вы знаете, я всегда считала, что этот конкурс политизирован. Сколько бы сами организаторы или кто-либо это отрицал, мне всегда казалось, что выставление оценок – суперполитизированное, поэтому результат налицо.

Я думаю, что ехать следует в зависимости от конкурса. Например, я не уверена в конкурсах красоты, что это целесообразно, но такой огромный конкурс, как Евровидение, как ни крути, все равно привлекает внимание. Основная задача нас всех – чтобы об Украине и ситуации говорило как можно больше людей, и мне кажется, в таком ключе поехать туда стоит.

Нам, в принципе, сейчас любые победы важны?

Да, я думаю да. Тем более что людям всегда нужна подкормка – такие маленькие победы в большой войне. И каждое достижение в любой сфере очень мотивирует народ, и мне кажется, что это тоже очень важно сейчас.

"Интервью 24" – проект на сайте 24 канала о важнейших темах. Разговоры, которые меняют страну к лучшему.
Автор проекта – заместитель главного редактора сайта Анастасия Зазуляк.

Политика или музыка?

Раньше звезды любили избегать тем политики. Многие были вне политики. Какой раньше были вы? 

Я публичной личностью стала совсем недавно, но все равно это не меняет тот факт, что с 2014 года я не пытаюсь быть вне какой-либо темы. Мне и раньше казалось, что музыка касается политики, и в первую очередь того, кто ее транслирует. Но с 2014 года случилось, что мой двоюродный брат был военным капелланом в АТО, поэтому я все знала, все понимала, все видела, помогала, и поэтому для меня война началась не сейчас.

Как думаете, Украина навсегда оборвет все связи с Россией после кровопролитной войны или все и дальше будут "брататься", выпускать русскоязычный продукт, искать "добрых россиян"?

Мне дает надежду, что в 2014 году это было масштабно, но с другой стороны – и локально. Мне хотелось бы сказать, что люди и артисты не будут этого делать, но мы, к сожалению, знаем, насколько все быстро забывается, даже такие ужасы. Поэтому мне кажется, что все же большое преимущество в каком-то государственном урегулировании, потому что этот законопроект, который был внесен, о 35% украинского контента – он очень изменил рынок. Ну, реально, начало появляться очень много артистов и песен на украинском языке. На мой взгляд, если будет такой государственная политика, то уже не будет важно – помнят они или нет – это правила.


Артистка верит, что украинцы не забудут жестокость россиян / Фото Анастасии Зазуляк, 24 канал

А что можете сказать вообще об артистах, которые "переобулись" с началом войны? Это нормально или нет?

Надо, наверное, смотреть индивидуально, потому что, а вдруг он действительно так чувствует, он это увидел, и все? Скажем так, если раньше у вас не было друзей, родственников в АТО, то вы продолжали спокойно проживать свою жизнь. И потому трудно сказать, как к ним относиться. Ну, в принципе, радует то, что если они наконец-то "переобулись", то пусть это будет раз и навсегда, и это будет честно, четко и больше без возвращения.

"Не бросайте камни в своих"

А каким сейчас должен быть контент в социальных сетях? Многие люди продолжают публиковать свои селфи, прогулки, еду, многие из беженцев за границей это показывают. Как к этому относиться и как долго избегать такого контента?

Трудно сказать. Скажу лично – меня, мягко говоря, "триггерят" такие фотографии. Я их… Не знаю, вот внутренне я как-то сразу их баню, понимаете? Я смотрю и у меня возникает внутреннее сопротивление. Наверное, еще потому, что я еще до войны рассказывала всем, как у нас происходило с АТО, с тем же коронавирусом. Только все начиналось, все максимально много внимания уделяли этому, все очень об этом говорили, но потом проходило время, люди уставали, и просто возвращались к своей жизни. Что, в принципе, с одной стороны нормально, а с другой – люди начинают расслабляться и забывать, что есть война. И мой величайший страх, что публика за границей будет наблюдать за этим всем и будет забывать все это транслировать.

По вашему мнению, насколько близка победа Украины?

Она очень близка – она стопроцентная, мне кажется, что бы там ни говорили.

А что могут украинцы делать для того, чтобы быстрее ее приблизить?

Мне кажется, что сейчас каждый говорит об этом, но я очень поддерживаю мнение, что каждый украинец должен работать на том фронте, на котором может. То есть если каждый будет продолжать делать то, что умеет – это уже будет огромным вкладом. Если есть люди, очень переживающие, или наоборот, имеющие "рабочий паралич", им главное не мешать тем, которые могут что-то делать. И еще важно не бросать своим камни в огород. Важно помогать переселенцам, искать гуманитарную помощь, но в первую очередь мы должны помогать ребятам из ВСУ. Поэтому: помогать, работать и не бросать камни в своих.